Буквы, которые переставляются сами, и ручка, не оставляющая следа, - вот что запоминают. Само действие читают как желание быть понятым или записанным.
Вопрос про этот сон почти всегда один и тот же: почему я не могу прочитать то, что только что написано моей же рукой? Текст, не желающий стоять на месте, буквы, меняющиеся между двумя взглядами, ручка, не оставляющая следа, - вот такие версии и остаются в памяти. Само действие толкуют как выражение, а точнее как желание, чтобы что-то было записано, понято или закреплено достаточно прочно, чтобы пережить забвение. Часто всплывает и спешка: пишут наперегонки со временем, будто лист вот-вот отберут.
У нечитаемой страницы есть простое объяснение, и никакой символики оно не требует. Чтение во сне у большинства людей до смешного нестойкое. Слова часто не держат форму, меняются со второго взгляда или оказываются бессмыслицей, если в них всмотреться. Это настолько устойчиво, что осознанные сновидцы нарочно используют печатную строку как проверку: сплю я или нет. Если твой почерк во сне вёл себя безобразно, ты описываешь то же самое, что описывает огромное число людей. К тому же связность сну не нужна: сцена держится на ощущении, а не на смысле букв.
Старое прочтение это не отменяет, но идти оно должно вторым. Мало смысла искать личное послание в свойстве, которое разделяют почти все спящие головы.
Как только у написанного появляется содержание, толкованию есть за что взяться. Строки одному конкретному человеку читают как несказанное ему. Подпись под документом - как обязательство, а тревожная разновидность, подпись не читая, - как согласие, отданное слишком быстро. Написанное, которое тут же рвут или стирают, понимают как попытку высказаться, которую пока никому не доверяют. Дневник или запись для себя одного разбирают иначе: как желание разложить по полкам то, что днём не укладывается. А послание человеку, с которым связь давно оборвалась, - картина очень частая, и видят в ней продолжение неоконченного разговора.
Тому, у кого работа состоит из слов, почти всё сказанное выше стоит вычесть. Для писателя посреди черновика, для студента, зарывшегося в диплом, для человека, тонущего в бумагах, такая ночь - продолжение рабочего дня, а не пришедший символ, ровно так же, как другим снится только что отработанная смена. То же и со школьником в разгар экзаменов: ночь просто дописывает то, что не поместилось в день.


